Буквально недавно мы написали статью о большом и тернистом пути акционеров КДЛ, и это нас натолкнуло на вопрос: почему при всей «хайповости» и перспективности отрасли так сложно найти покупателя для лабораторной диагностики, несмотря на вполне адекватные ожидания в 6-7 EBITDA, или 6-7 прибылей, или 6-7 лет окупаемости – в то время как Марк Аркадьевич Курцер покупал активы с оценками в 9-12 EBITDA. Неужели лабораторная диагностика никому не нужна?
И мы решили вспомнить, как на самом деле банкиры и финансисты смотрят на лабораторный бизнес и, возможно, это частично и играет роль в оценке лабораторного бизнеса. Об этом и расскажем
Бесплатное оборудование – низкие возможности для роста с «плечом»
Мы не один раз отмечали, что в лабораторной диагностике очень часто работает принцип «реагентных контрактов», когда поставщики и производители оборудования готовы предоставлять приборы «условно» бесплатно в обмен на обязательство по выкупу минимального объема реагентов. Принцип работы очень простой:
производитель инвестирует в лабораторию собственным оборудованием, устанавливая его «условно бесплатно»
и за счет маржи с реагентов отбивает эти самые инвестиции
а минимальный гарантированный объем позволяет спрогнозировать окупаемость проекта и денежные доходы
Это концептуально сближает бизнес поставщиков с рынком коммерческой арендованной недвижимости, когда арендодатель получает свою гарантированную ренту по контракту и может претендовать еще и на % с продаж свыше какого-то лимита.
На самом деле такая схема работы получила популярность не во всех странах, поскольку на самом деле имеет в себе множество недочетов, главный из которых – такая схема обесценивает бизнес с точки зрения активов. Что мы имеем в виду? А вот посмотрите сколько генерируют выручки крупнейшие розничные лабораторные сети и сколько у них собственного железа и активов (основные средства).
На всякий случай добавили общее значение по «внеоборотным активам», но в их число могут входить «неосязаемые» нематериальные активы или неликвидные финансовые вложения, поэтому именно «основные средства» - первый ориентир для расчета так называемой «ликвидационной стоимости», то есть цены на которую будут ориентироваться в случае банкротства компании и/или невозможности рассчитаться по выданным кредитам, но об этом чуть позже.
Потому что такая модель усложняет рост компаний с использованием «плеча», то есть заёмных денег, так как банки всегда любили и любят получать обеспечения под кредиты, а если у компании нет активов или их очень мало, то и займ получить можно не очень большой. И вот получается, что с одной стороны такая модель, когда оборудование выдается под реагентный контракт, снижает порог входа на рынок и облегчает расширение технологических мощностей и так далее, ведь не надо покупать новые анализаторы, брать под это лизинг и так далее, но с другой стороны, если вам нужно, скажем, несколько сотен миллионов или миллиардов рублей на открытие сети своих офисов или покупку другого бизнеса, то кредит будет невероятно сложно получить, так как активов, которые бы покрывали такие суммы у лаборатории нет. И какой выход? Пытаться все покрывать оборотными активами, то есть складскими запасами реагентов, материалами, выручкой и прочее, но это в тоже время значит, что сумма выданного кредита будет фактически ограничена месячной выручкой компании (на большее соглашаются редко). Получается, что и с таким вариантом сильно большую сумму не получишь. Что еще остается? Личное поручительство и залог долей. Такая практика есть, причем чаще даже в крупных предприятиях: например, доли акционеров Хеликс обременялись залогом для получения кредитных средств.
Лабораторный бизнес – это просто контракты и аренда?
По большому счету с точки зрения теоретических подходов к оценке факт того, что лабораторный бизнес не владеет большим количеством активов, на оценку особо не влияет. Но все мы знаем, что процесс оценки при продаже бизнеса – это всегда переговоры. А мы знаем, что с переговоров такого рода обе стороны редко уходят удовлетворенными. И вот один из самых сильных аргументов, которым пользуются для снижения оценки лаборатории: лабораторный бизнес – это ни что иное как совокупность процессов и контрактов, потому что:
научной базы или специальных технологий почти нет: все, чем пользуются лаборатории – это разработки и технологии компаний поставщиков, а это значит, что и порог входа невысокий, ведь не нужно разрабатывать свой iphone, чтобы выйти на новый рынок
минимальное количество собственных активов: оборудование в контракте или аренде, а то, что собственное, не занимает большой доли в балансе компании
здание и медицинские офисы в аренде, то есть недвижимость не только не увеличивает стоимость бизнеса как актив, но является частично уязвимым местом, так как стоит только потерять арендный контракт – и все, бизнес теряет свой кусок
И именно то, как команда лаборатории будет продавать эту совокупность процессов и контрактов и будет зависеть окончательная цена, потому что железных аргументов «против» слишком много. А вот теперь представьте, что вы мультимиллионер, с кучей свободных денег, который решил вложиться в лабораторную диагностику (то ли вы хотите прокатиться на хайпе пандемии, то ли понимаете, что это консервативный бизнес, спрос на который будет всегда и это сильно страхует ваши инвестиции). И к вам приходит, скажем, одна из московских лабораторий, которая последние несколько лет достаточно динамично развивалась и вам продают следующую историю:
Лабораторная сеть с 70+ медицинских офисов в Москве и под 20 офисов в регионах страны, а также собственная мощная лабораторная база
1 млрд рублей выручки в 2021 году и потенциал стать «единорогом»
А что выходит после первичного анализа?
Выручка в 1 миллиард и прибыль всего в 2 миллиона рублей (то есть рентабельность меньше 1% на 4 юридических лица), и выручка в 470 миллионов в 2020 с прибылью в 36 миллионов (то есть рентабельность в 8%): правда этому свидетельствует лишь публичная отчетность, а компания может и «выводить» прибыль через те же затраты, но мы не налоговые аудиторы, чтобы судить их
Бизнес состоит на 10% из корпоративных клиентов и на 90% из розничной сетки
90% всех офисов – франшизы, а это значит, что вся выручка указанная в отчетности по сути меньше раза в два, то есть из 1 миллиарда выручки, 900 миллионов приходится на розницу, но так как 90% офисов – франшизы, которым надо возвращать 50-60% выручки, то остается на бизнес примерно 445 миллионов + 100 миллионов на корпоратах
Основных средств на 200 миллионов в 2021 году и 54 миллиона в 2020, при этом есть понимание, что основная приборная база и технологии достались компании бесплатно и собственных ноу-хау там нет.
Вопрос – сколько может стоить такой бизнес? А если домножить на то, что оборудование, которое обеспечивает фактически 75% исследований в этой лаборатории не просто импортозависимое – а находится под риском ухода с российского рынка? Какую бы вы цену дали для «лабораторного завода» без своих офисов, площадей и оборудования на грани вымирания? Получается, что с точки зрения финансовых потоков – бизнес стоит порядка 400-500 миллионов рублей: хотя если учесть, что он почти не имеет никакой прибыли на бумаге, то дисконт может быть еще больше. А если добавить магии переговоров, давления и акцентирования внимания на том, что бизнес может стоить 0, если все франчайзи «переобуются» в другой бренд и/или потеряют право аренды недвижимости, то цену можно сбивать ровно настолько, насколько хватит совести и ресурсов.
На этом у нас пока все, но это не точно…) Будьте здоровы!
PS. Лаборатория из последнего примера вполне реальная, но чтобы не переходить черту кодекса этики – мы специально ее не указали, так как конкуренция должна быть честной :)